В Екатеринбурге со своими фанатами встретились актёры сериала «Чернобыль-2. Зона отчуждения» Сергей Романович и Кристина Казинская. Кристина, исполняющая роль таинственной красавицы Ани, рассказала VUZON.ru об Америке, хейтерах и любовных сценах.  

Для тех, кто не в курсе, во втором сезоне действия сюжета разворачиваются в Разъединенных Штатах Америки – альтернативной версии США. Главный герой Паша вновь собирает своих друзей и, вновь отправившись в прошлое, они делают всё, чтобы вернуть всё на свои места. А как именно это происходит, смотрите на телеканале Тв-3.

 
–  Кристина, что было самым сложным перед началом съёмок сезона?

– Сложно было сохранять терпение, потому что мы не знали, где всё-таки будут проходить съемки, в Америке или на «зелёнке» – хромакее – в Казахстане. Не было определенности, которая нужна каждому человеку. Позднее, когда мы снимали блоками, нужно было сохранять историю сюжета и своё внутреннее состояние, чтобы линия моей героини развивалась органично.  

– Я знаю, что вы до последнего момента не ожидали, что поедете в Америку. Почему?

– Мы реально не ожидали! Ну, потому что я обычная девчонка, провела всё своё детство в Челябинске. И вдруг тебе говорят, что ты едешь сниматься в Америку. Это вызывает недоумение. И да, до последнего момента я не верила. Даже когда в самолёт уже садились, я думала, что сейчас что-то случится и все отменят. И когда мы прилетели в Америку, – (кстати, мы все там были в первый раз), – эмоции зашкаливали. Мы реально все были, как из деревни, всё было в новинку, не понимали, что происходит.

– В чем отличие второго сезона от первого, кроме того, что вы снимали в Америке?

– Когда мы снялись в первом сезоне, боялись, что второй сезон может не «зайти» зрителю. Боялись, что мы снимаем его для галочки. Но нет, во втором сезоне «Чернобыль. Зона отчуждения» потрясающе прописан сценарий. Мы обалдели, что он так лихо закручен! Когда прочитали его, то вообще не понимали, как это снимать. Боялись, что не будет достаточно ресурсов для этого, а когда нам поставили Пашу Костомарова, нашего режиссёра, мы подумали: «Нифига себе подход!». Подход, как к реальному, большому кино. Не хотелось, чтобы на фоне первого сезона второй казался «лажей». В первую очередь, людей не хотелось обманывать. Для меня было неожиданностью, что, в итоге, все так серьёзно подошли к этому делу.

– Как складывались отношения на площадке с иностранцами?

– Очень круто, американцы – они открытые, всегда готовы помочь, например, подвезти до дома. Еще они показывали нам разные места, даже на Гранд-Каньон возили (улыбается).

– Как же языковой барьер?

– Там такая система: вот, например, Костя, который в сериале играет Пашу, практически не говорит по-английски, и ему объясняли на пальцах, жестами. Ну, там все приезжие, так что все равно как-то понимают.

– Тяжело вливаться в роль своего героя?

– Хороший вопрос. Да, тяжело. Это может произойти и за один день, и за неделю, а можешь к концу проекта понять, что ты нифига не влился и это тоже очень болезненное ощущение. И ты не понимаешь, в чём косяк, может быть, режиссёр не смог найти подход, может, ты что-то не то сделал.

– А режиссёры помогают?

– Да, вообще это потрясающе, когда режиссёры помогают. Ну, нам с Костей Паша очень помогал. Знаешь, ты видишь одно внутри, а режиссёр-то видит всю картинку со стороны, он тебя направляет и это круто, когда ты в надежных руках.

– Какие сцены даются вам нелегко?

– Романтические сцены с Костей, именно они даются сложнее всего. Мне гораздо легче бегать, стрелять, убивать. Мы просто всегда ржём, подкалываем друг друга, а тут нам надо играть влюблённых (смеётся). Я с уважением отношусь к таким сценам, не хочется, чтобы это было, как в дешевых мелодрамах, а было именно искренне, трогательно. Это всё равно нужно открываться парню. Быть слабой сложнее, чем сильной.

– Ваше отличие от Ани (героини)?

– Мы вообще разные, она женственная, добрая. Не скажу, что я злая, но она всё равно другая, полная моя противоположность (улыбается).

– Вы сейчас где-нибудь снимаетесь?

– Нет, мы с Серёгой (Романовичем - прим.) сделали паузу. Конечно, предлагают участие в новых проектах, но мы решили, что пока хватит. Я сама понимаю, что нужно развиваться, потому что, когда ты снимаешься у тебя очень мало времени. Ты ничего не видишь, что вообще происходит в мире, ничего не смотришь, в какой-то момент хочется сделать паузу, выдохнуть, посмотреть на людей, почитать, насладиться обычной жизнью.

– Что самое сложное в работе актёра?

– Мне кажется, важно быть честным к себе, понимать что, даже если ты знаменитость, у тебя всё равно обязательно есть и сильные, и слабые стороны. Нужно постоянно развиваться, а не так, знаешь, снялась в одном фильме и всё, куришь бамбук. Ты должен не стоять на месте, интересоваться не только своей профессией, но и тем, что происходит  в мире, в политике, быть любознательным и чувствительным к окружающему, не замыкаться на светских тусовках. И еще важно очень сильно верить в себя! Ты должен понимать, что твоя работа не обязательно всем понравится, и это нормально!

Я например, очень восприимчива к критике, но я же не могу всем нравится. Это, конечно, выбивает чуть-чуть из колеи, рождает комплексы и зажимы.  В сериале я была с длинными волосами, и в соцсетях кто-то писал «Клёво», а кто-то «Да капец! Что с ней? Да ты похожа на…». Конечно, это расстраивает, как ни крути, хочется поставить блок и закрыться, но нужно быть очень сильным, верить в себя, даже если ты лажанулся. Ну не получилось у тебя, - это же тоже нормально!

– У вас есть какой-то девиз по жизни?

– Да, я всем это говорю, в том числе и себе: «Никогда, ни за что не сдаваться!».

Смотрите финал киносериала "Чернобыль 2. Зона отчуждения" в пятницу в 20-00 на ТВ-3!

Дарья ДЕРЮШЕВА

Фото: Мария ПРИЛУЦКАЯ

Нажми после прочтения:
Если ты напишешь свое мнение, мы будем его знать:

Жми на все кнопки!